igor_ktb (igor_ktb) wrote,
igor_ktb
igor_ktb

Category:

Немецкие коммуникации на линии Киркенес - Петсамо в 1942 г., часть 17

Главное событие 1942 г. и самый большой успех за всю войну - советские мины и снаряды отправили на дно сразу два больших парохода.
   18 ноября в 22.15 R.173 выходил из Петсамо для того, чтобы разведать погоду и заодно проверить на предмет мин район предстоящей минной постановки. Мин он не обнаружил. Постановка, наконец-то, была проведена 19 ноября. Получив радиограмму от R.173 о подходящей погоде, из Киркенеса в 03.57 вышли минзаг, два тральщика и R.153/157/159. До 07.45 мины были сброшены в воду, отряд вместе с R.173 вернулся в Киркенес. Мины типа UMB предназначались для защиты Петсамо-фьорда от подлодок, которых постоянно "слышал" береговой акустический пост. Против катеров, которые туда ходили на самом деле, они были бесполезны.
    В 12.15 из Лиинахамари ушли пароходы TENERIFE и TOPEKA в сопровождении R.161/162. Их никто не обстреливал.
Поставленное советскими катерниками заграждение около Киркенеса сработало уже на следующий день. Причисленный к флотилии охраны гавани корабль-ловушка SCHIFF 18 (бывш. ALTELAND), возвращавшийся из Якобсэльва, в точке 69.55,7 N – 30.00 E после взрыва в районе мостика разломился пополам и утонул за считанные секунды. Стоящий в 1000 м от места гибели на позиции NKI.03 быстро подошел и смог спасти 14 человек, в том числе 4 тяжело и 3 легкораненых. Командир с компрессионным переломом позвоночника оказался среди спасенных. 28 человек пропало. Причина гибели корабля членами экипажа была определена правильно, так что входы и выходы из Киркенеса немедленно закрыли.
    20 ноября немцы (R.173/161/162) начали тральные работы на выходах из Бёк-фьорд. Сначала проверялись западные проходы в сторону Вадсё – без результата. К тому же ухудшившаяся погода заставила прервать поиски. На следующий день МТЩ продолжили работу, вытралив на фарватерах 92-95 три якорные мины. Тип их определили как М 31, глубину постановки – 100-130 м.
    21 ноября в 22.15 одиночный советский самолет неустановленного типа сбросил безрезультатно 3 бомбы южнее аэродрома Петсамо.
Разыгравшийся сильный шторм, стоивший советской стороне одного погибшего и одного поврежденного эсминца, аукнулся и немцам. 23 ноября в Коббхольм-фьорде была выброшена на мель БДБ F.228 (снята на следующий день).
    24 ноября советские батареи обстреляли Пайтахамину и район гавани в Лиинахамари. Всего было выпущено 28 снарядов, без повреждений. С советской стороны данных об этом обстреле нет.
    R.173, 161 и 162 продолжали траление, начатое 20-го числа. R.161 подсек одну мину в точке 69.54,4 – 29.58,5, а во второй половине дня – еще две мины в точке 69.56 – 29.54. Сразу бросалось в глаза хорошее состояние мин – немцам было ясно, что они выставлены совсем недавно. Был сделан вывод, что снежные заряды и темные ночи позволили русским незамеченными выставить на судоходном фарватере мины. Было решено, что отныне каждый входящий и выходящий конвой должен иметь тральное сопровождение. Однако 29 ноября на минах подорвался еще и идущий в Киркенес, груженый цементом пароход AKKA (2646 брт, его с выгоревшей носовой частью удалось посадить на мель у Вадсё). МТЩ в тот же день вытралили еще 4 мины.
    25 ноября штормовой ветер, дувший с юга, принес в гавань Киркенеса сорванную с якоря мину ЕМС, которую расстреляли у Ренё. В 08.50 в Киркенесе сгорела дотла аптека.
    28 ноября с полуночи до 7 утра береговой акустический пост слышал "вражеские ТКА" севернее Нурменсетти. Пеленгов взять не получилось, а из-за плохой видимости никаких контрмер принять тоже не удалось. То же самое слышали и вечером, причем приборы якобы зафиксировали 5 постановок мин. батарея с Нурменсетти безуспешно обыскивала окрестности прожектором, выстрелила сначала 19 осветительных гранат, а потом еще 36 фугасных в качестве огневого барража по пеленгам шумов. С батареи м. Романов выстрелили 7 осветительных снарядов. Вражеских катеров так и не увидели.
    Интересно, что в советских документов этому событию соответствия опять найти не удалось.
    30 ноября на входе в Петсамо произошел, пожалуй, самый знаменитый и результативный бой за всю войну. Никогда раньше и никогда потом батарейцы не могли похвастаться подобными успехами.
    Все началось с того, что пароходы HANS RICKMERS (5226 брт) и WESTSEE (5911 брт) в сопровождении R.173/161/162 в 12.30 покинули Киркенес. Командовал "парадом" лейтенант цур Зее Пингель на R.173. R.162 с выставленным тралом шел впереди пароходов, следующих в кильватере. В 16.25 левым тралом R.162 в точке 69.44 – 31.21 подсек мину, конвой произвел маневр уклонения. По ходу движения было видно, что на входе каждого фьорда стоит очень сильный морозный туман, тогда как в море ясно и хорошая видимость.
    Затем, на траверзе Нурменсетти, конвой угодил в особенно плотный туман. Связь между пароходами и МТЩ прервалась. R.162 в 16.56 повернул на вход в Петсамо, а пароходы продолжили идти дальше восточным курсом, пока вскоре после прохода м. Романов они не вышли из тумана и не были обстреляны советскими батареями. R.173 между тем, повернув направо, встретился с WESTSEE и с него узнал, что HANS RICKMERS впереди продолжает идти прежним курсом. R.173 бросился за ним, однако было поздно, начался прицельный обстрел (до того советские батареи вели заградительный огонь по входу в залив). Двигаясь медленно курсом 290°, R.173  прикрыл пароходы дымом, одновременно дав приказ возвращаться в Киркенес. Суда повернули на обратный курс, однако при входе в полосу тумана МТЩ опять потерял их.
К сожалению для командира конвоя, капитан HANS RICKMERS проявил самоуправство и пошел в предполагаемом направлении входа в Петсамо-фьорд, а не обратным путем. Напрасно R.173 дожидался их у западной границы тумана.
    В 17.45 под носовой частью HANS RICKMERS прогремел взрыв, судно тут же объяло пламя – груз соломы горел очень хорошо. Капитан после этого все еще пытался на малой скорости найти вход во фьорд. Нос погрузился, винты наполовину торчали из воды и судно двигалось плохо. В результате, в 19.00 оно село на мель северо-западнее входа в залив, после чего подверглось жестокому обстрелу с советских батарей. Экипаж покинул пароход. В этот момент к нему подошел R.162, который успел дойти до Лиинахамари, подождать остальных и вернуться обратно ко входу. МТЩ встал у борта парохода, однако капитан отказался высаживаться, так как надеялся еще спасти свое судно. Тогда тральщик снял часть вооружения и секретных бумаг и отбыл за буксирной помощью. Капитан порта Лиинахамари немедленно послал СКР ALANE и буксир SUURSAARI. Последний подошел к сильно горящему пароходу и пытался завести концы. К тому времени горела вся носовая часть, от дыма ничего не было видно, в машинное просочилась вода, а снаряды советских пушек ложились все ближе. В такой ситуации капитан приказал покинуть судно. Экипаж сел в 3 лодки и направился к берегу. Одна лодка пристала на батарее Нурменсетти, у туманного колокола Келло. При выходе на берег боцман упал в воду и утонул. Остальных тут же начали искать, однако некоторых нашли только на следующий день, хотя и искали многочисленными патрулями (даже летал один "Шторьх"). 2 человека замерзли насмерть, у 11 были обморожения.
    У брошенного парохода разбитая снарядами корма стала течь, после чего судно стянуло с мели и оно стало дрейфовать в СВ направлении. Его пришлось потопить немецкой артиллерией, после того, как попытки спасти пароход со стороны буксира SUURSAARI не удались. Перед этим в 21.25 к его бортам подходили R.162 и 161, чтобы удостовериться, что никого на борту не осталось. К тому времени горела даже краска на бортах, так что любые попытки спасения определенно не стоили риска. В 23.30 судно утонуло – по мнению немцев, в результате обстрела 6./МАА 513.
    На WESTSEE также случилось несколько взрывов – первый произошел в 18.03. Носовая часть загорелась с выделением большого количества дыма, попытки потушить не удались. Капитан пытался на полном ходу направить судно к берегу, но в 18.15 пароход попал на вторую мину, а в 18.33 – на третью. WESTSEE накренился так, что леера были в воде; корма погрузилась в воду, а нос горел, машина встала. Капитану пришлось отдать приказ покинуть пароход. В небо выстрелили ракету, после чего к гибнущему пароходу подошел R.173. Встав у борта, МТЩ начал принимать людей. Кроме погибшего солдата из зенитной команды и выброшенного первым взрывом за борт кока, спасти удалось всех. Когда МТЩ отходил, судно уже сидело в воде до юта. Как думал командир конвоя, даже если оно не утонет, судно вскоре снесет на противолодочное минное заграждение. Однако, груз соломы не давал судну утонуть окончательно, и оно быстро сдрейфовало на север. Его тоже пришлось добивать собственной артиллерии (5./МАА 513) вместе с русскими. Только в 06.10 1 декабря пароход наконец затонул севернее входа во фьорд.
    Советская артиллерия, по мнению немцев, выпустила около 400 снарядов по конвою, входу в гавань и батареям. Временами немецкие пушки брали их под обстрел, расстреляв втроем более 500 снарядов, из них более 300 осветительных.
    С советской стороны вновь было перепутано направление движения конвоя: считалось, что он покидает Петсамо. Все началось с того, что в 16.28 в направлении залива Петсамо якобы были услышаны пароходные гудки. В 16.58 начальник штаба СОР приказал обстрелять пристань Лиинахамари и вход во фьорд. В то же время, было объявлено, что в район вышли советские катера (7 МО и 2 ТКА), так что прожекторам светить запрещалось.
    В 17.08 батареи №221 и 232 открыли огонь по входу в залив, батарея №140 не стреляла, так как с ней не было связи. По той же причине с нее продолжал светить прожектор, который в 17.12 обнаружил транспорт противника на дистанции всего 52 каб. – необычайно близко по сравнению с предыдущими боями. В тот же момент был открыт огонь, по транспорту же стала целить и 221-я батарея.
    В 17.18 транспорт в 61 каб. стал делать поворот на норд, затем на нем заметили 3 попадания, от которых на корме начался пожар. В 17.25 транспорт скрылся в снежном заряде и тумане. Тем не менее, сквозь пелену временами проглядывало пламя, по которому продолжала стрелять до 17.28 батарея №140. Видимость к тому времени упала до 20 каб. На тот моменту было израсходовано: батареей №140 – 15 фугасных и 4 осветительных снаряда, батареей №221 – 47 фугасных и 41 осколочно-фугасный, батареей №232 – 47 фугасных.
    Только в 20.26 с поста снис №103 снова увидели горящий транспорт, от которого катера курсировали в залив Петсамо. Начальник штаба приказал батареям №221 и 223 выпустить по 30 снарядов для создания ПЗО-2, а батарее №140 стрелять по горящему транспорту – причем для нее расход боезапаса был не ограничен. Приказание было выполнено к 20.29, причем снежный заряд к тому времени прошел и со 140-й батареи увидели сразу два горящих транспорта! Один находился в 64 каб, другой – в 97 каб. Тот, что ближе, подвергся обстрелу и в 20.30 и 20.38 получил два прямых попадания. Горящим, он зашел в 20.45 за м. Кяскюниеми. Тем не менее, в 20.50 видели еще одно попадание. Через 5 минут за ним последовало еще один, и сразу – сильный взрыв. Дистанция к тому времени составила 73 каб. В 21.00 судно, оцененное в 6-8000 т, затонуло по пеленгу 269, на удалении 72 каб.
    В 21.03 снаряд противника попал в бруствер 1-го орудия батареи №140. Оно замолчало.
    В 21.17 второй горящий транспорт находился на прежнем месте, по пеленгу 290, на дистанции 97 каб. Противник пустил с берега 2 красные ракеты, а в 21.49 открыл огонь по своему судну осветительными снарядами. В 21.50 в заливе Етелямуки обнаружен еще один горящий транспорт. Хотя сначала начштаба СОР отдавал приказ не стрелять, в 22.08 он переменил решение. 140-я батарея должна была обстрелять то судно, которое горело в 97 кабельтовых от нее, 221-я брала под огонь транспорт в Етелямуки. Приказ выполнили в 22.10, почти сразу наблюдая попадание снаряда с 140-й батареи. В 22.21 на ней же случилось неполное сгорание пороха на 2-м орудии. Противник к тому моменту вел интенсивный огонь по тому же транспорту, а также огневым позициям батарей №221 и 140. В 22.50 и 22.41 соответственно советские артиллеристы прекратили огонь. Горящий транспорт несло ветром на север: в 22.52 он был уже в 95 каб. от батареи №140. Вскоре после 23.00 начштаба дивизиона приказал снова открывать огонь – транспорт принесло уже на 62 каб. К 23.13 по нему было достигнуто уже 5 попаданий, после чего судно взорвалось с большим пламенем и разломилось на 2 половины. В 23.15 в 61 каб. от батареи №140 затонула носовая часть, а в 23.31 в 62 каб. – кормовая.
    В 23.55 батарея №232 открыла огонь по горящему транспорту в 82 каб. – третьему по счету. Когда наступил следующий день, снова начала стрелять 140-я батарея (в 00.16 на ней вернулось в строй 1-е орудие). 232-я батарея периодически прекращала стрельбу и вновь начинала ее. В 01.08 транспорт был в 52 каб., в 01.45 – в 82,5 каб., в 02.39 – на 50 каб. К тому времени в него попали 8 раз и судно приблизилось к о. Хейнесаари. В 02.43 по нему стали стрелять немцы с м. Романов, нашим командующий СОР велел стрелять только в том случае, если транспорт начнет удаляться. В 05.32 судно скрылось за Хейнесаари, пожар потух – оно наконец затонуло. Как результат, 113-му ОАД записали три утопленных транспорта: 6-8000 т, 10000 т и 5-6000 т соответственно. Расход боеприпасов был рекордным, особенно на 232-й батарее, где потратили 267 фугасов. 140-я выстрелила 108 фугасов и 73 осколочно-фугасных, 221-я – 8 и 113. Противник, как считалось, выпустил по огневым позициям 140-й батареи 287 снарядов, по ОП 221-й батареи – 200 снарядов. Прожекторам досталось всего 29 штук. Еще 82 немцы целили в пароходы. Ущерб ограничился повреждением прожектора №11 – счет был явно в нашу пользу, причем с большущим перевесом.
Tags: Великая Отечественная, Киркенес - Петсамо
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments