igor_ktb (igor_ktb) wrote,
igor_ktb
igor_ktb

Categories:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Немецкие коммуникации на линии Киркенес - Петсамо в 1943 г., часть 6

Июнь

Начало месяца выдалось не самым напряженным – каждый день советские пушки делали по несколько безуспешных выстрелов по немецким катерам, ходившим из фьорда на немецкие батареи. 3 июня один из раненых с мыса Романов (перестрелка в последний день мая) скончался в лазарете.
Между тем, пришедшие в Лиинахамари суда были разгружены еще 1-го числа и готовы уйти обратно. Они вместе с моторными тральщиками находились в 6-часовой готовности, чтобы при подходящей погоде немедленно покинуть Петсамо – вот только погода никак не хотела соответствовать немецким запросам. 6 июня уже все вроде бы сошлось и конвой готов был выйти. В Коббхольм-фьорд для поддержки прорыва перебазировались NKI.10 и 11, R.53 и 54 (вероятно, противник опасался нашей авиации, резко активизировавшейся на театре с началом боевой деятельности 46 ШАП). Но увы, и 6-го ничего не срослось. В этот день 858-я батарея вернулась и производила пристрелку по м. Романов.
Зато наши на следующий день обнаружили новеньких и решили, что это конвой все-таки пошел на прорыв. На четыре стоявших на якорях корабля обрушилась авиация, а орудия с полуострова Средний открыли огонь по входу в Петсамо-фьорд и гавани Лиинахамари. Стрельба продолжалась с 22.01 до 22.37. Наши артиллеристы доложили о сильном взрыве и видели пламя с большим столбом черного дыма. Расход боезапаса составил всего 20 снарядов, потом еще 5 по батарее на п-ове Нумерониеми.
Немцы насчитали 3 огневых налета на гавань, всего 39 снарядов. Взрываться на самом деле было чему: повреждения получили бараки, а один снаряд угодил в бункер зенитчиков. Результатом стали 1 погибший и 5 раненых, но увы, все из числа наших пленных. 7 бараков и мест расквартирования сгорели или были уничтожены. Также 6 снарядов упало на м. Романов, но без ущерба для врага. Немцы в ответ вели огонь батареей «Петсамо» (6 снарядов) и «Мыс Романов» (15 снарядов). Наши насчитали 76 разрывов - вероятно, часть принадлежала авиабомбам.
Вражеская авиация чуть ранее (в 20.10) бомбила батареи 113 ОАД силами девятки Ju.87, но безуспешно.
В Коббхольм-фьорде корабли были атакованы в 22.45 пятеркой Ил-2 из 46 ШАП, 8 «харрикейнами» и четырьмя Р-39. На цели было сброшено 20 ФАБ-100, 13 РОФС и выпущено 9 РС, 400 снарядов ВЯ, 80 снарядов ШВАК, 80 пуль из ШКАСов. Летчики и береговые посты якобы видели взрыв и погружение в воду транспорта в 4000-5000 т. Второй «транспорт» (2000-3000 т) по тем же наблюдениям был поврежден, «но все-таки прорвался в Петсамо». Видимо, условия видимости были совсем уж плохими, раз сторожевики были увеличены в размерах в 5-6 раз (например, реальное водоизмещение бывшего китобойца GALLIPOLI, ставшего NKI.10 – около 1100 т), и никто из них не входил в Петсамо!
Немцы урезали число атаковавших самолетов на 10 штук, записав их все в «легкие бомбардировщики». Матросы фактически впервые на севере познакомились со «штурмовиками» и не научились еще их распознавать. Все, чего удалось достигнуть – нанести сторожевикам небольшие повреждения, никак не сказавшиеся на их боеготовности. Людские потери были посерьезнее: 1 погибший и 3 раненых на кораблях флотилии охраны порта. МТЩ атакам не подвергались, но в стрельбе поучаствовали. Все вместе немцы претендовали на один вероятно сбитый самолет, но наши вернулись домой все. После боя R.53 взял раненых и ушел с ними в Киркенес. R.59 последовал за ним на следующее утро.
Настоящий прорыв наконец состоялся 8 июня. R.57, 58, 64 и 90 повели в море пароходы TROSTBURG, LEBA, BUG, REX и финский буксир SUURSAARI (220). В 06.55 караван двинулся в путь, а уже в 07.05 прибыли самолеты-дымзавесчики (6 Не.115). На сей раз у них получилось выставить удачное «покрывало». Плюс с 06.50 батарея с Романова тоже стреляла дымовыми снарядами; три моторных тральщика подкрепляли дымы. В 07.23 со Среднего стали стрелять; через 9 минут к постановке дыма подключилась батарея «Петсамо», в 07.38 – вновь подошедшие на поддержку R.53 и 59. За плотными дымами немцы сами так ни разу и не увидели берега Рыбачьего. В обстреле отмечались большие паузы, которые приписали начавшемуся при проходе конвоя налету «штук». Никаких потерь у немцев не было
В 08.30 улетели самолеты, через пять минут к конвою примкнули NKI.10 и 11. В 13.00 суда прибыли в Киркенес.
Наши все же видели конвой, посчитав, что на прорыв идут транспорт, минзаг, буксир, 2 тральщика и 4 сторожевых катера. Однако, заметили его уже на западе, уходящим на большой дистанции - все стрельбы велись методом огневой завесы без наблюдения. Батарея №140 сделала 44 выстрела по врагу, №221 - 31 выстрел, №232 - 75. Никаких заявок на попадания не было; число бомбивших наши позиции самолетов виделось таким: 9 Ju.87, 5 Me.110, 11 Me.109 (последние из 7./JG 5), 6 Fw.190. Бомб насчитали 112, число выпущенных противником снарядов тоже было велико – 211 штук. На самом деле немцы сделали в этой операции 17 вылетов Ju.87 и 15 вылетов Bf.109. Неизвестно, какой вид оружия причинил нам вред, однако на 140-й батарее имелось 6 человек контуженных и на 4-м орудии был разбит манометр, а на позициях 221-й батареи прямым попаданием разбило землянку. На удачу, она была нежилая.
Над аэродромом Пумманки кружили блокирующие его 5 Me.110 и 2 Me.109. Затем, в 8.00-8.30 конвой безуспешно искала шестерка «харрикейнов».
В качестве воздушного прикрытия конвоя выступал знаменитый 6 штаффель. Вместо ударных «харрикейнов» они вели бой с 4 «кобрами» из 255 ИАП. Число заявленных побед в этом бою точно неизвестно (в этот день был еще как минимум 1 бой). В общем за день ягерам записали 15 побед над «тайфунами» и 1 над «аэрокоброй». Четыре ушли на счет Эрлера, командира штаффеля, и он в тот день превысил показатель в 100 побед.
Потерь сами немцы не понесли. Наши также уцелели все. Четверка из 255 ИАП доложила, что вела бой с «восемью Ме-109 и 4 Фв-190», причем заявлено сбитыми было по одному каждого типа, еще 2 «мессера» числились подбитыми. Впрочем, наземные посты падений не видели и победы летчикам не засчитали.
После этого напряженного дня все снова успокоилось, вернувшись к привычному ритму – единственными нарушителями спокойствия были переходы финских и немецких катеров, а наши делали по ним дежурные выстрелы. Так, 9-го батарея №140 заявляла попадание в корму обстрелянного мотобота, но реальных повреждений с той стороны не обнаруживается.
Немцы 12 июня в 16.50-17.00 бомбили аэродром Пумманки. В бой пошло 9 Ju.87 и 7 Fw.190, которые, по нашим данным, сбросили 45 бомб разного калибра. 3 советских самолета были повреждены, 1 краснофлотец убит, 2 ранены. При этом 1 бомба попала в КП авиагруппы, но не смогла нанести больших повреждений. Зенитчики претендовали на сбитую «штуку», но в реальности все они вернулись на базу. Пара самолетов снова бомбила Хейнесаари.
Активность врага на море была разная – так, 18 июня на входе во фьорд поочередно показывались финский пароходик RUIJA, саперный штурмбот и рыбачий катер. Всех их наши обстреляли, но ни в кого не попали.
Предыдущим утром (03.10-04.50 17 июня) торпедные катера №12 и 13 выходили на поиск противника на подходах к Петсамо, но само собой, никого не обнаружили.
Новый всплеск активности, конечно же, был связан с проводкой очередного конвоя 19 июня. Моторные тральщики к тому времени как следует отдохнули, простояв в Семске-фьорде у борта плавбазы ELBE. В 22.15 18 июня R.57/58/59/53/90 вышли в море с конвоем, состоявшим из пароходов KRÜckau (493), leba, riga (655), dollart (535) и БДБ F.197. При этом оказалось, что riga не готов к движению и его пришлось тащить на буксире у R.57! Такой вот немецкий орднунг. Только в 23.40 команда смогла дать пар и концы были отданы.
К 02.44 над конвоем появились самолеты-дымопостановщики (4 Не.115), но ставить завесу они вместе с батареей с м. Нурменсетти начали только в 03.05. В небе висели истребители, позиции советских артиллеристов атаковали «штуки». Всего, по отчетам подчиненных Геринга, на поддержку конвоя было сделано 8 вылетов Ju.87, 14 – Ме.109, 6 – Ме.110, 4 – Не.115 и 1 – Fi.156. Непонятно, что там делал последний, но никаких комментариев нет. «Штуки» и тяжелые «мессеры» докладывали хорошие попадания по позициям артиллеристов.
В 03.35 открыли огонь советские батареи. Метод стрельбы у них был неприцельный, простая, хотя и мощная, огневая завеса на входе во фьорд. В 03.47 тральщики внезапно объявили воздушную тревогу! По их мнению, дымовую завесу пытался пробить торпедоносец. Однако, через две минуты вместо торпед, на R.57 посыпались бомбы, сброшенные, по мнению его командира, с пары «аэрокобр». 3 фугаски упали с высоты 150-200 м в 20-70 м от бортов, но ни одна не взорвалась. В ответ R.57 претендовал на попадания в оба атаковавших самолета.
В эту ночь немцы, похоже, перестарались с дымом, потому что в густой завесе уже и сами ничего не видели. В 02.55 R.53 столкнулся с R.59, сильно повредил себе носовую часть (обшивка срезана с правого борта по всему баку). Подранок поплелся в Лиинахамари кормой вперед. Кроме этого, никаких неприятностей с конвоем не случилось и он был распущен в 04.20 внутри фьорда. R.57 и 59 подошли с двух бортов к пострадавшему коллеге, чтобы не дать ему уйти на дно, и в таком виде дотащили до моста у Трифоны, где он и пришвартовался. Впоследствии армейские саперы временно залатали пробоину, чтобы корабль смог добраться до верфи.
Немцы насчитали 400 упавших советских снарядов, а ответили 120 снарядами. Наблюдалось действенное попадание по батарее 208, также о хороших результатах отчитались «штуки» и «церштёреры», бомбившие Средний. Все заметили, как после налетов активность стрельбы существенно снижалась.
С нашей стороны это все выглядело так: впервые конвой был обнаружен в 00.26 в виде 4 неопознанных судов. К 00.32 насчитали уже транспорт, 2 неопознанных судна и 3 сторожевых катера, а в 01.02 стало уже 2 транспорта, 5 СКА и 3 тральщика. Позже число транспортов доходило до 4. В 01.35, кроме того, сверху наблюдалось прикрытие в виде четверки истребителей, дымопостановщики тоже наблюдались в количестве 4 штук. Для атаки Среднего прибыли, по мнению атакуемых, 9 Ю-87, 6 Ю-88, 13 Ме-109 и Фв-190, 4 Хе-115. Сброшено было общим счетом 73 бомбы (с 02.40 до 02.55), трое людей было раненых, материальные повреждения ограничились сгоревшей от прямого попадания бомбы землянкой с протирочным материалом. Также на батарее №2 была контужена лошадь. Число немецких снарядов, прилетевшим на наши позиции, установили как 380.
Батареи вели заградительный огонь с 02.41 до 03.07, реальный расход оказался вновь больше цифр немцев – 487 снарядов. Никаких заявок артиллеристы не делали. По их мнению, один транспорт прорвался в Петсамо точно, насчет остальных не было уверенности – их просто никто не видел.
На этот раз наши самолеты сумели вовремя вмешаться, увы, безрезультатно. На самом деле против каравана высылали четверку Ил-2 под прикрытием 8 «харрикейнов» из 78 ИАП, а 8 Р-39 из 255 ИАП и 6 Як-1 из 20 ИАП летали на отсечку противника от возвращающихся штурмовиков.
В 03.00 «илы» атаковали конвой, в составе которого, по их мнению, было 2 транспорта, 3 тральщика и 3 СКА. Оба транспорта якобы были повреждены и горели к моменту прибытия «отсечки». Сами штурмовики попали в собачью свалку, в которой даже был заявлен сбитый Не-115! Один из самолетов (мл. лейтенант Копырин) был поврежден и аварийно сел на аэродром Пумманки. Машина требовала среднего ремонта, летчик был ранен. Еще два Ил-2 отделались пулевыми пробоинами.
Хуже пришлось «харрикейнам», отряд которых был фактически уничтожен. Три самолета пропали, 2 были сбиты и пилоты выпрыгнули с парашютами, 2 повреждены и сели аварийно на аэродром Пумманки. Хотя летчики были невредимы, их аппараты требовали среднего ремонта. Единственный вернувшийся домой из того боя - капитан Адонкин - заявил сбитым 1 Ме-109.
В двух другой схватке, ставшей частью общего большого боя, «аэрокобры» вели бой с «14 Ме-109, Ме-110, Фв-190» и 2 Не-115. Они заявили сбитыми 3 «фоккера», 2 Ме-110, 2 Ме-109 и 1 Не-115. Наконец, Яки встретили пару Ме-110, то не приняли боя и ретировались.
По мнению наших, штурмовик, севший в Пумманки, был подбит зенитным огнем. Если летчики правы насчет причины повреждения, сомневаться не приходится, они стали жертвой R.57.
Этот бой отличает один хороший момент – в 03.10 из Пумманки выслали торпедные катера №12 и 13, чтобы искать и подбирать сбитых летчиков. Уже в 03.40 ТКА №13 смог подобрать одного из пилотов, а в 11.50 тот же катер смог отыскать и спасти еще одного. Впрочем, по данным ВВС СФ, спасли только одного пилота с ожогами лица 2 степени, а второй сам приплыл к своим на резиновой лодке. Оба они были с «харрикейнов».
У немцев в воздухе в это время была фактически вся III группа JG 5. 7 штаффель нес ближнее прикрытие «штук» и тяжелых истребителей, а 8 и 9 штаффели прикрывали непосредственно конвой. Именно с ними и схлестнулись наши пилоты. В бою немцы заявили как реально пострадавшие «харрикейны» (4 заявки), так и 5 «кобр», и даже пару «бостонов»! Самым удачливым был, вероятно, унтер-офицер Х. Томанн из 9./JG 5, заявивший сразу 3 «хуря». Еще один записал себе лейтенант Х.-Б. Дипен из 8./JG 5. Кому можно причислить последний советский истребитель, неизвестно – 4 «кобры» записал себе обер-лейтенант В.-Д. Видовитц из 9./JG 5, однако у этого деятеля в том же бою и те самые «бостоны», поэтому веры ему нет. Скорее всего, последний «харрикейн» сбил тот же самый Дипен, спутавший его в горячке с Р-39. Погибли мл. лейтенанты Назаров В.А., Гапликов П.В. (оба – 2-я эскадрилья) и Старосветский Н.Т. (1-я эскадрилья). Потерь немцы в тот раз никаких не понесли.
20 июня немцы попытались нанести серьезный удар по передовому советскому аэродрому в Пумманки. В 10.17-10.24 его по очереди атаковали 6 Fw.190, 8 Bf.110 и 9 Ju.87. Наши подсчитали их удивительно точно - все цифры сходятся. Число бомб по нашим данным - около 40, из них 11 на ложную батарею. Материальные потери были ограничены одним поврежденным 76-мм орудием, в людских потерях - 5 раненых, хотя 110-е заявляли попадания в стоянки самолетов. Остальные две группы ничего не видели из-за дыма и пыли. Со Среднего бомбардировщики почему-то определили как «Ягуары». Непонятно, что имелось в виду. Батарея №222 вела по ним огонь, а враг стрелял по батарее и имел при это некоторый успех: оба выпущенных немцами снаряда угодили точно в штабеля боезапаса, испортили 14 снарядов и 10 ящиков, а также разорвав сушившееся рядом белье.
Как и в прошлый раз, моторные тральщики надолго зависли в глубине Петсамо-фьорда. Несколько дней они стояли в Трифоне, дожидаясь подходящей погоды, пока наконец таковую не предсказали синоптики из Люфтваффе на вечер 29 июня. Конвой собрался и потянулся на выход: охранение, пароходы leba, riga, KRÜckau, dollart, BERA и БДБ F.196 и 197. Однако на сей раз синоптики (которые ранее давали точные прогнозы) обмишурились. Ветер дул неправильный: когда один из самолетов поставил на пробу завесу, ее немедленно разорвало и снесло обратно на немецкий берег. Делать было нечего, и командир 5-й флотилии МТЩ приказал всем возвращаться, а самолеты отпустил. Выход конвоя был сорван.
Наши, видимо, смущенные такой активностью, дали для профилактики несколько залпов по Лиинахамари. 17 снарядов упали в районе главного причала, в воде и на земле у батареи Ристиниеми. «Мыс Романов» стреляла в ответ и выпустила 13 снарядов, за что ее тут же наказали 9 разрывами. Впрочем, ущерб ограничился незначительными материальными повреждениями. Странно - но эти события никак не отражены в ЖБД 113 ОАД.
До конца месяца так больше ничего и не случилось, разве что в последний день наши безрезультатно стрельнули 14 раз по Лиинахамари и входу в Петсамо. На сей раз противник не отвечал.
Tags: Великая Отечественная, Война на море, Киркенес - Петсамо
Subscribe

  • Подробности атак на PQ-16

    25 мая в 06.45 конвой был обнаружен (видимо достаточно случайно) с самолета метеоразведки в квадрате 17 Вест 1130. После этого целенаправленно…

  • PQ 16

    Не так давно я писал о взгляде Люфтвффе на борьбу с PQ-18, и вот нашелся отчет по PQ-16. Я таки помнил, что видел его уже в документах, но не мог…

  • Немецкие торпедоносцы на Балтике

    Многие знают, что немецкие торпедоносные самолеты активно действовали на Севере. Про то, что такие же пепелацы летали и на Черном море, наверное тоже…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments